Золото Заравшана

АТОМГРАД НА КАНЕ (Красноярск-45)

Своим рождением «закрытый» Зеленогорск, один из самых красивых городов в Восточной Сибири, обязан электрохимическому заводу (ЭХЗ), построенному во времена холодной войны. Атомград Красноярск-45 «прописался» у южной оконечности Енисейского кряжа, на левом берегу реки Кан. Когда-то здесь была деревенька Усть-Барга, известная с 1735 года, на окраине ее при царизме возвели небольшой железоделательный завод. Таежная глухомань, 180 километров от краевого центра.

Немногие знают, что место для важнейшего по тем временам оборонного объекта было выбрано с шестой попытки. Вначале предполагалось строить ЭХЗ в районе Сталинграда, потом в Меликессе Ульяновской области, где уже начали прокладывать коммуникации, возводить бараки и щитовые дома. Когда же выяснилось, что мощность Волжской ГЭС недостаточна для будущего комбината, то пришлось в срочном порядке выкапывать из земли трубы, разбирать жилье, грузить все в эшелоны, чтобы перебазироваться… вот только куда? Рассматривались варианты под Томском, Канском или Боготолом. Наконец, было принято окончательное решение. Строители, легкие на подъем, без сожаления оставили так и не обжитое место, и отправились возводить завод и город на берег Кана.

К счастью, работникам треста «Гидромонтаж» не довелось испытать на себе нулевой цикл Красноярска-45. Пишу так, ибо условия, в которых оказались люди, здесь, на стройке, не прибавили им ни здоровья, ни многих лет жизни. Специалисты из Селятина подключились на два года позже. Ничего, тресту хватило других нулевых циклов — в песках, в тайге, на Крайнем Севере.

25 декабря 1955 года. Мороз на строительной площадке доходит до пятидесяти градусов. Местные жители обнадежили: ничего, мол, бывает -56°С. Для тех, кто прибыл, подобная разница уже не имела принципиального значения: большинство было одето легко, «по-городскому», а офицеры — в хромовых сапогах. «Новоселье» отметили около закопченной «буржуйки» в крошечном бревенчатом здании вокзала станции Заозерная.

«Такого безлюдья и таежной глухомани мне не приходилось видеть ранее ни на Урале, ни в Томске, — писал в своих воспоминаниях главный инженер «почтового ящика» №285, лауреат Сталинской премии Михаил Ефимович Ерошев, — Это был уже мой третий объект, в котором нужно было еще раз пройти весь путь от первой поваленной осины до готовой продукции. Жить, разумеется, было негде.

Первым пристанищем была койка в гостинице в городке Заозерном. Старый двухэтажный дом, на улице колея грязи глубиной сантиметров сорок… Решено было построить три домика для руководящего состава в Заозерном. Позже эти деревянные домики называли в шутку «Дворянским гнездом».

Первая наша контора — в деревенской избе. Бухгалтер с печатью в кармане, директор предприятия, я — главный инженер — вот и вся дирекция. Первые документы подписывали на подоконнике».

Руководство будущего предприятия с самого начала проявило заботу о создании благоприятного социума в таежной глуши. Во-первых, из-за тяжелых рабочих условий и бытовых неудобств. Во-вторых, в целях обеспечения секретности объекта были разработаны регламентированные мероприятия, выполнение которых вменялось в обязанность каждому. Даже случайная оговорка, например, о месте расположения Зеленогорска, считалась проступком.

Страдали от этого в основном сами люди: сколько было оборвано связей и потеряно старых друзей!.. В этой ситуации очень важно было создать внутренний климат, где человек не испытывал бы изоляции от окружающего мира.

Итак, на первом месте стоял вопрос о жилье. Тем более что холостая молодежь коротала ночи в обогреваемой «буржуйкой» палатке. Ветераны строительства рассказывали, что топили, мол, с вечера «докрасна», однако утром волосы нередко примерзали к подушке. Семейным повезло больше, они жили в опустевшем шахтерском поселке Южное — в благоустроенных квартирах с отоплением, водоснабжением и канализацией. Но таких счастливчиков было немного. И зимой 56-го началось строительство административных и жилых зданий в поселке Октябрьский (в настоящее время — городской район).

Главный враг первых строителей — сибирские морозы — наступал по всему фронту. Когда же отбили его атаки (с наступлением долгожданного тепла!), то с удивлением обнаружили, что основной помехой стала грязь. После малейшего дождя роскошный местный чернозем превращался в непролазное месиво, преодолеть которое без помощи трактора не представлялось никакой возможности. Прокладка трассы от Заозерного до будущего города стала не просто необходимостью, но и избавлением от «грязевых ванн».

Летом начали подготовительные работы к строительству города. Сначала наметили площадку северо-западнее станции Заозерная (на месте деревень Усть-Барга, Ильинка и Лебедевка). Потом — опорную геодезическую сеть атомграда. Разбили оси первых улиц. Названия придумывали «всем миром» — Нагорная, Набережная, Студеная, Солдатская… Конкурсную работу проводил первый директор будущего ЭХЗ Анатолий Сергеевич Александров — по мнению ветеранов, «удивительной эрудиции человек, очень внимательный к окружающим».

18 июля 1956 года торжественно заложили первый дом: эта дата отмечается с тех пор как день рождения Зеленогорска. А в августе уже вовсю шла вырубка леса и корчевка пней по условным улицам.

О чем с восторгом вспоминают специалисты треста «Гидромонтаж», работавшие на строительстве ЭХЗ, так это о щедрости практически нетронутой в то время природы, обилии рыбы в реках, ягод и орехов, дичи и зверя в лесах. И еще — о громадном количестве цветов на лесных полянах. Казалось, черпать из кладовой природы можно бесконечно. В столовой к обеду подавали рябчиков, сочную медвежатину, козлятину, сохатину…

В июне 57-го началась подготовка территории к возведению электрохимического завода, ради которого все, собственно, и затевалось. Первым директором был уже упомянутый А.С. Александров. В 1958 году его сменил И.Н. Бортников. Исходное подразделение будущего предприятия — Управление капитального строительства (УКС). Точкой отсчета в его истории стала дата подписания приказа о назначении заместителя директора ЭХЗ по УКСу: 29 декабря, как раз накануне Нового, 55-го года.

Работники управления занимались разработкой генерального плана застройки сибирского объекта и города, аккумулировали средства, заказывали материалы, оборудование. Изыскательские и проектные работы взял на себя филиал Ленгипростроя под условным названием «Проектно-изыскательская контора почтового ящика 45» (база — в Красноярске-26).

Рабочие дни оказались заполнены проверками, поправками, спорами с проектировщиками по поводку «посадки» корпусов завода, где перебросить мост через Кан, где устроить плотину, где сделать в городе озеро, какую «тыловую часть эксплуатации» нужно создать. Во всем этом горячее участие принимали и профессионалы треста «Гидромонтаж» — они трудились здесь с первых дней строительства завода. Из небольшого участка выросло монтажно-строительное управление №21 (предприятие п/я 175/7), во главе которого стояли знающие руководители С.М. Ривенсон и А.Н. Сперанский.

Ветеран треста, инженер-гидротехник Шальнов Владимир Федорович, в 1957-1967 годах был заместителем начальника Гидросантехмонтажа. ГСТМ организовывал и осваивал заданные гидротехнические объемы и монтаж наружных коммуникаций. От «Гидромонтажа» в работах принимал участие главный инженер предприятия П.А. Керцман, старший инженер ПТО Ю.В. Медведев и водолаз специального назначения М.Д. Булынко.

В.Ф. Шальнов хорошо помнит, как много сделано в Красноярске-45. Не художественные воспоминания о веселом время провождении, но технические подробности, дающие ясную картину масштабности того исторического строительства.

Трест выполнил следующие работы по перекрытию реки Кан (ответственные — В.Ф. Шальнов и С.Н. Зайчик). Отсыпали каменный банкет с левого и правого берегов реки. Осуществляли монтаж понтонного моста длинной 680 метров в створ реки для ее перекрытия. Заметим, что скорость течения составляла 2,1 м/сек. Реактивная, прямо скажем, скорость. Перекрывали Кан бетонными кубами и пирамидами весом 3-5 тонн. Занимались транспортировкой земснаряда 300/400 к отводящему каналу, где одновременно работниками треста производилась выемка грунта и намыв земляной плотины. Намывали тело плотины. За четыре года было выполнено два питьевых водозабора в Красноярске: на реках Кан и Барга с двумя дюкерами. Работа сверх возможного, причем в любую погоду, была повседневной практикой.

— С 1959 года я трудился в тресте на строительстве Электрохимического комбината Красноярск-45, — вспоминает Николай Иванович Худасов, старший прораб, а затем главный инженер п/я 175/7. — Мы выполнили работы по строительству плотины на реке Кан и других водозаборных сооружениях, причем в очень суровых климатических условиях (при температуре до — 60°С градусов). В 1966-1967 годах вместе с другими работниками Минсредмаша участвовал в строительстве пусковых комплексов для баллистических ракет Минобороны.

В 1958 году в таежном краю подготовили площадки под корпуса цехов, складские помещения. Приступили к бетонированию фундаментов, начали вести кирпичную кладку стен. Проложили железную и автомобильную дороги, водопровод, канализацию, очистные сооружения. Очень важно было обеспечить такую последовательность возведения объектов, которая оптимальным образом приближала бы пуск первых агрегатов ЭХЗ: все правительственные задания, как было принято в Советском Союзе, являлись сверхсрочными. Соответственно этому на износ трудились люди.

В марте 1958 года велись параллельные подготовительные работы к возведению еще одного крупного промышленного объекта, жизненно необходимого номерному Красноярску, — ТЭЦ, впоследствии переименованной в ГРЭС-2 (руководитель — Дмитрий Семенович Захаров). Прокладывались дороги и линии связи. Чтобы максимально ускорить темп, в декабре строительство гидроузла объявили «ударной комсомольской стройкой». Дело понятное: партия сказала «надо», комсомол ответил «есть».

20 сентября 1960 года состоялось перекрытие реки Кан, началось строительство плотины ГРЭС-2. Менее чем за год гидроузел был сдан в эксплуатацию. 10 июля 1961 года дал ток первый энергоблок. Попутно сдали и временную насосную, от которой был запитан город. До 64-го ввели в строй энергоблоки 2-5 в составе первой очереди все той же ГРЭС-2.

Если посмотреть на прошлое Красноярска-45, этого большого музея под открытым небом, из сегодняшнего дня, то можно увидеть историю атомграда в мельчайших подробностях. Самым красивым его называют не случайно. Смена мод и направлений четырех начальных этапов городской архитектуры выражена в дереве или бетоне жилых кварталов.

Первые — деревянные здания и коттеджи «на двух хозяев», утепленные древесными стружками или опилками, с холодной / горячей водой и центральным отоплением. Они и по сей день составляют большинство домов в восточной стороне города. Следующие дома — уже панельные пятиэтажки, обладали повышенным комфортом высоких потолков, больших кухонь и коридоров. Не случайно «павлодарская» серия жилых домов до сих пор пользуется устойчивым спросом у зеленогорцев, и на местном рынке жилья ценится достаточно дорого.

С начала 70-х и до конца 80-х годов город стремительно рос ввысь. Появились красивые девятиэтажные здания из белого кирпича, как лебеди у реки. Причем возводили их так качественно и с выдумкой, что группе архитекторов и строителей была присуждена премия Совета министров СССР «За особые достижения в области градостроения».

Начало 90-х — бурный рост индивидуального жилья. На южной окраине закрытого города и в муниципальном образовании Октябрьский появился целый поселок настоящих дворцов в два-три этажа каждый. Меньшая часть из них была построена на личные средства горожан, большая — за счет электрохимического завода.

Как считает главный архитектор Леонид Хохлаков, в городе традиционно строили комфортабельно, и главная заслуга в этом, несомненно, принадлежит строителям АО «УС-604», которые за неполные пятьдесят лет возвели на берегу Кана, в бывшей таежной глухомани, современный город. Но что бы там ни говорилось, а основной рабочей силой были военные строители, руками которых и возведен город и все промышленные объекты. Вкалывали они будь здоров: в карьере на добыче бутового камня вручную разгружали до пятнадцати машин в смену! Многие после демобилизации остались здесь, город стал для них второй родиной.

Именно строители бывшего оборонного предприятия возвели на южном въезде в Зеленогорск поселок оригинальных двухэтажных коттеджей и сдали в эксплуатацию жилую кирпичную «высотку», которая по уровню благоустройства до последнего времени была буквально эталоном строительства жилья бывшего Красноярска-45.

Остается только добавить, что современное состояние промышленности города связано с конверсией оборонных производств электрохимического комбината и АО «Сибволокно». Его первая очередь вступила в эксплуатацию в 1980 году. Ныне производственное объединение «Электрохимический завод» — это уникальное предприятие, объединяющее в масштабе и формате своей деятельности передовые достижения в технологии и организации производства. Главное, оно, выражаясь современным языком, обладает большим запасом рыночной прочности. Основное направление его деятельности — производство обогащенного урана для атомных электростанций.

19 комментариев к «Золото Заравшана»

  1. Этот бред сначала на одном ресурсе лежал, теперь на этом… Я люблю тебя, Заречный!

  2. Писал человек совершенно незнакомый с нашим городом. Про бомжей вообще бредятина — долго смеялся.

  3. Да-а-а… давно такого «остросюжетного» романчика не читала. Статья вся пропитана «желтизной». В общем, по мне все это чушь полнейшая!! Я родилась и выросла в этом замечательном городе!!! Сейчас живу в Литве. Никаких трудностей с выездом, продажей квартиры не было!! А о людях этого города, начиная с высокопоставленных чиновников и заканчивая простыми работниками… все они отличаются лишь тем, что каждый выполняет СВОЮ работу (то, что должен делать каждый!!). А об их человеческих качествах могу сказать лишь только хорошее.

  4. Хотя везде есть разные люди — и в «закрытых» и в остальных городах и странах!! Стена — лишь способ оградить этот небольшой, зеленый, красивый, ухоженный городок от той грязи, которую часто мы наблюдаем в больших городах. Нужно не спорить о том, что открывать или закрывать, а думать и делать все для того, чтобы и остальные города были такими же красивыми и добрыми!!! Расти, мой город детства! Развивайся… радуй своими успехами! Я тебя никогда не забуду!!!

  5. Не забуду тех роз, которые всегда цвели в этом городе, не забуду тех сосен, которые украшают тебя. Не забуду тех прудов, которые умиротворяют тебя. Не забуду тех добрых и веселых людей, с которыми я вместе жила. Не забуду школы №217 (моя первая школа) и №221 и вас, милые и дорогие учителя. Спасибо вам за все!! И спасибо тем, кто беспокоился о нашей безопасности, тогда и сейчас! Спасибо вам, солдаты, офицеры. С праздником вас, Днем Защитника Отечества. Спасибо руководителям города!!! Благодаря вам есть этот город!!! Удачи вам, успеха во всем и побольше улыбок и благодарности от людей! И, если честно, у меня есть такая мечта: когда-нибудь вновь увидеть свой город и с улыбкой пройтись по его таким родным и близким улицам. До встречи… мой любимый город!!!

  6. Всю жизнь проживаю в Заречном… Да, действительно, машина в город заезжала… И было это по халатности охраны. В остальном — это статья человека, который практически не знает город. А хмурые лица в автобусах и бомжи — это полный бред. Такое впечатление, что автор специально собирает совершенно абсурдные сплетни о городе.

  7. Н-да. Случайно наткнулся на эту статью — долго смеялся. Даже друзей обзвонил, чтобы повеселились. Автор либо не был в городе совсем и нахватался сплетен, либо, наоборот, был и, сравнив увиденное со своим местом обитания, написал это от зависти. Понятно, что Заречный не является исключением из славной «семейки» городов ЗАТО. Он как будто создан для того, чтобы вызывать зависть у таких неотесанных деревенщин, каковым, несомненно, является автор: чистый, красивый город, с развитой экономикой, широкими улицами и ухоженными парками, по-московски модными магазинами и более высоким уровнем жизни, чем в среднем по стране.

  8. Больше всего порадовало заявление о невыездных его жителях — видимо, в противопоставление тому, что автор «невъездной». В общем, правильно, таким «товарищам» в городе делать нечего. А у тех, кто в городе живет, никаких проблем с загранпаспортами и визами нет. Были, конечно, в советское время, но тогда они были у всех… Уважаемый автор, хотелось бы знать, что вы прочитали этот комментарий и со злости удавились (только не вздумайте топиться, все равно всплывете)!

  9. Да, бред про город, конечно, знатный. Бетонный забор в три метра вокруг всего города, бомжи, съевшие всех собак. Вася Пупкин, теперь — о УЖАС!!! — ставший невыездным!!! А началось-то все вот с «впечатления» бывшей жительницы города со встречи выпускников класса. Производят впечатление самогипноза: «я счастлива, что вырвалась отсюда… я очень счастлива… я ни о чем не жалею…» Потом уже эту статью слегка подредактировали и растиражировали.

  10. Вот это бред!!!! 24 года прожил в Заречном, может, я ничего не знал, не видел… бред 100%. Немного скучно, но лишь от того, что мало развлекательных заведений, но есть Пенза! Вход-выход «открыт» (для зареченцев), пропуска — формальность, люди нормальные:

  11. Самое главное, что таких городов — один на миллион! И люди гордятся тем, что живут здесь! Нигде не бывает 100-процентного удовлетворения, где бы ты ни жил, но суть в том, что здесь хочется жить и воспитывать своих детей! Это лучший город в мире! А по поводу статьи, это просто восприятие левого человека, который никогда не был здесь, а просто слышал от кого-то что-то. Не стоит воспринимать это всерьёз.

  12. Родился и вырос в Пензе-19. Один из красивейших городов, не своей архитектурой, конечно, а банальным отсутствием грязи на улицах и сосновым лесом, который почти не вырубался при застройке. Тем, кто не жил в закрытых городах, не понять. А мне просто нравится иногда приезжать в город и гулять ночью по пустым улицам. В таком городе не страшно воспитывать детей, в таком городе вообще ничего не страшно.

  13. Если все-таки столько патриотов нашего города — значит, что-то в этом есть. Провести детство в наши светлые социалистические времена в нашем городе было действительно счастье. Мне всегда, даже в детстве, хотелось уехать далеко-далеко. Все сбылось, и все-таки мысленно, и не только, навещаю родителей, возвращаясь сюда. Как и во всей стране, проблемы те же. Богатство и крайняя бедность. И камни разрушаются — те, что в парке. Дороги из бетонных плит. И как-то понимаешь, что стареешь. Не знаю, хоть когда-то мне и было душно от скуки маленького города, где все друг друга знают, со временем понимаешь, что сутолока больших городов ничуть не лучше.

  14. А статья, конечно, липа полная. Ну, не открывают — и что теперь. Жаль, что не могу мужа привезти — он иностранец. А для людей — просто спокойней. Хотя, если откроют, — то тоже ничего не произойдет. Пишите, кто живет в Германии из Заречного?

  15. Живу и учусь в Заречном, статья полный бред. Ее, наверное, писал какой-нибудь пензенский, который очень завидует, что он живет не в Заречном, а в Пензе, а попасть у него в Заречный не получается. Вот он и бесится.

  16. мне повезло по жизни с 1961г ло 2000г учавствовал в строительстве заводов игрупповых водоводов на моих глазах вырос г степногорск награждён о ленина работал эл сварщиком а так же командировки юрга лаэс игналина ангарск саянск табошары эти работы вёл наш трест гидромонтаж селятино всегда помню пя3707 пя20 и мсу 29 коллектив и руководителей которые упомянуты в статье большое спасибо михаил як …

Обсуждение закрыто.