Золото Заравшана

ЛЮБИМЫЙ ГОРОД (Пенза-19)

Каждому в России знакомо имя столицы нашей родины — Москвы. Однако еще несколько лет назад лишь немногие посвященные люди знали, что в нескольких сотнях километров от стольного града находится загадочный населенный пункт с названием… Москва-2. Это был секретный центр по разработке ядерного оружия, и таких «закрытых городов» в стране существует очень много.

Закрытые города всегда считались элитарными, находились в привилегированном положении. Их отличал и отличает высокий уровень благоустройства, развитость сферы обслуживания. Секретность вынуждала номерные города отгораживаться, причем в буквальном смысле, от непосредственного окружения. Тем самым они лишались одного из фундаментальных свойств истинного города — быть центром своего района. В результате, располагая высококвалифицированными строителями, атом- и химграды не принимали участия в развитии района; имея огромный интеллектуальный потенциал, они не становились центрами культуры и образования.

Однако были и исключения, среди них — город Заречный, он же Пенза-19. Место, где на протяжении многих дет труженики подмосковного треста «Гидромонтаж» не только вели промышленное и жилищное строительство на объектах Минсредмаша СССР, но и внесли большой вклад в экономическое развитие области.

Из центра Пензы до секретного города ехать не больше получаса: пятнадцать минут по пензенским окраинам, пятнадцать — по сосновому лесу. Для того чтобы попасть в 65-тысячный город Заречный (бывшая Пенза-19), нужно сесть в «правильный» автобус без номера. Остановка располагается за парком, где не ездит другой транспорт и мало кто ходит. Зареченцев домой отвозят разноцветные импортные автобусы по отличной асфальтовой дороге.

20 июля 1954 года вышло постановление правительства СССР о сооружении Пензенского приборостроительного завода для производства элементов атомного оружия (директор — М.В. Проценко). На строительство объекта со всей инфраструктурой ушел не один год.

— В Заречном наше МСУ-66 участвовало в строительстве приборного завода, — рассказывает ветеран треста Петр Григорьевич Рудаков. — Как сейчас помню, был сентябрь 1963 года. Неожиданно я был вызван из Красноярска в трест, где мне сообщили о назначении в Пензу главным инженером п/я 4. Вместе со мной выехали Николай Тихонович Логвин, Николай Николаевич Дровида, Павел Васильевич Кропотов, Сафрон Иванович Решетов, Александр Васильевич Генералов и Владимир Егорович Прилепский. Предприятие п/я 4 в основном вело сантехнические работы на промышленных объектах и в жилом секторе. Монтировало системы вентиляции, небольшие котельные типа «Энергия» и «Универсал», компрессорные станции, трубопроводы и канализации. В производственных корпусах завода установку станков и технологического оборудования выполнял сам заказчик.

За период 1963-1965 годов на пензенской площадке работниками треста «Гидромонтаж» были построены хлебозавод, холодильник на 1500 тонн, водопроводные очистительные сооружения на 29 000 м. кб. в сутки. Помимо Заречного, работы вели и за его пределами. Так что, как мы видим, строители секретных объектов закрытого города использовались в интересах всей области, что не очень укладывается в схему: номерной город — вещь в себе.

Наша справка

Заречный расположен в 12 километрах от Пензы. Возведение города и завода было начато на основании Постановления Совета министров Союза ССР от 20 июля. 1954 года «О строительстве завода». Постановлением правительства от 3 марта 1962 года №223-107 на территории Пензенской области была создана закрытая зона Пенза-19.

Основное предприятие — ПО «Старт» — одно из крупнейших объединений Минатома России. В его состав входят: Пензенский приборостроительный завод (г. Заречный), Кузнецкий машиностроительный завод, несколько филиалов и дочерних предприятий. ППЗ — головное предприятие объединения — специализируется на выпуске сложных наукоемких, электромеханических, электронных, радиотехнических и других приборов и систем высокого класса точности и надежности.

Научно-исследовательский и конструкторский институт радиоэлектронной техники (НИКИ РЭТ) — ведущее предприятие России, специализирующееся на разработке и выпуске технических средств охраны различного назначения. С января 92-го город Пенза-19 вновь называется Заречный (решение Малого Совета от 29 декабря 1991 года №31).

В Заречном предприятие п/я 4 имело три участка. Промышленным строительством занимался Вячеслав Сергеевич Гурьянов, жильем «заведовал» Дмитрий Дмитриевич Кузнецов. На объектах в Пензенской области и заводе медицинских препаратов работы вел Владимир Егорович Прилепский. Кстати, вскоре после приезда группы Рудакова начальником почтового ящика был назначен А.Н. Сперанский.

— Наибольший интерес в то время, — продолжает рассказ Петр Григорьевич, — представляло строительство газопровода из труб d=200 мм от Арабеково до города Заречного протяженностью 24 километра, с переходами через реку Сура, и двух железнодорожных веток: одной на Саранск, другой на Кузнецк. Работы на площадке периодически то затухали, то вновь возобновлялись. Поэтому уже с 1968 года многих ИТР перевели на другие предприятия, а некоторые уволились и уехали на другие стройки.

Позднее специалисты МСУ-66 выполняли большие работы на ГПЗ-24 — заводе приборных подшипников, занимались реконструкцией гражданского (не военного!) аэропорта Пензы, укладывали трубопровод d=1200 мм от Пензенского моря до очистных сооружений в Тереньтевке.

Также в послужном списке МСУ-66 значится мощный канализационный коллектор из железобетонных труб d=1200 мм от деревни Сосновка до городских очистных сооружений с переходом через железную дорогу на Кузнецк и реку Сура. Большой фронт работ был выполнен на Панкратовской свинофабрике, птицефабрике в поселке Кажеватово, на Константиновском агропромышленном комплексе и местном птицезаводе. Но эти работы велись, когда коллективом монтажников МСУ-66 руководили Вячеслав Сергеевич Гурьянов, Виктор Иванович Черных, а затем Владимир Сергеевич Казанский.

Чтобы избежать невольных ошибок, П.Г. Рудаков открывает свои записи:

— Мне хочется отметить слаженную работу, которую демонстрировала бригада Алексея Алексеевича Сорокина, награжденного орденом «Знак Почета». Теплых слов заслуживают бригады Анатолия Васильевича Телюшева, Юрия Ивановича Ракитина, Василия Ивановича Харькова и Анатолия Дмитриевича Тагильцева…

Петр Григорьевич откладывает бумагу в сторону и после паузы продолжает:

— Отличные специалисты, да и люди какие… В ноябре 65-го при очередном спаде работ на предприятиях ППЗ многие инженерно-технические работники были переведены на другие объекты. А.А. Сперанского перевели в МСУ-25 в Кызылкумы, а я получил назначение на должность заместителя главного инженера — в Степогорск.

Его рассказ, словно эстафету олимпийского огня, подхватывает ветеран треста «Гидромонтаж» Иван Степанович Петрусенко, работавший в Заречном позднее:

— В ноябре 1973 года меня перевели в Пензу-19. Там наш трест был представлен МСУ-66. Начальники — Вячеслав Сергеевич Гурьянов, а затем Виктор Иванович Черных. В этом прекрасном городе и дружном коллективе МСУ-66 мне посчастливилось проработать девять лет, до 1982 года. Мы строили город. Возводили объекты ППЗ и завода Медпрепаратов, объекты ГПЗ-24 и многое другое. А главное, в памяти остались воспоминания о хороших людях. Это Владислав Дементьевич Орлов — заместитель начальника управления, начальники участков: Владимир Александрович Смирнов, Николай Алексеевич Рудник, а также опытные бригадиры слесарей-сантехников — Николай Алексеевич Сорокин, Анатолий Дмитриевич Тагильцев и другие товарищи.

Я долго думала, чем закончить воспоминания ветеранов треста — тех, кто строил Заречный, пока не обнаружила в международной паутине статью некоего Антона Николаева, расписавшего Пензу-19 в самом неприглядном свете.

«Заречный обнесен трехметровой бетонной стеной, поверху пущена колючая проволока, — хмуро повествует автор. — За стеной свежевспаханная защитная полоса и угрюмые автоматчики с собаками. Дальше еще одна бетонная стена. Попадают в город по номерным пропускам с фотографиями, которые предъявляют при входе и выходе. Пропуска выдают всем жителям города в четырнадцатилетнем возрасте после инструктажа, который проводят люди в штатском в кабинетах с большими плакатами про невидимых врагов на стенах».

Антон Николаев повествует: «До 1994 года, пока города не было на картах, жителям говорить о нем строго-настрого запрещалось. Девушек инструктировали: если юноша хочет вас проводить до дома, — отказывайтесь; если спрашивает, где живете — отвечайте: в деревне недалеко от Пензы, добираюсь на попутках. Закрытый город сохранил тяжелый дух советского времени: серые пятиэтажки, на улицах ни одного рекламного плаката. В автобусы заходить не хочется, — люди напряженно молчат. Видно, не могут забыть плакаты из кабинета особиста, через который в свое время прошли».

И далее все в том же духе.

Заканчивается статья так: «…Скудных радостей людям хватает, чтобы держаться за «закрытость». Многие убеждены, что если стена исчезнет, то исчезнут и социальные гарантии. Кроме того, после долгой изоляции многие просто боятся внешнего мира. Конец режимности воспринимается как конец света. Девушка вполне вменяемого вида на остановке автобуса рассказала мне, что в заброшенных домах кое-где живут городские бомжи. Они едят городских собак. Люди часто находят там собачьи лапки и ошейники. Но это свои, городские бомжи. А что если город откроют! Съедутся чужие бомжи со всей Пензенской области, и страшно представить, что будут делать они. Другая девушка сказала мне: «Город перестанет получать от государства деньги, и на всех улицах погаснут фонари»».