Ирония судьбы. «Юго-Западная» стала бесконечной пробкой

Жителям некоторых московских районов приходится стоять в пробках независимо от погоды. Строительству новых дорог и расширению старых местные власти предпочли возведение торговых и жилых комплексов.

Как узнать что на дворе будни? Для жителей проспекта Вернадского самый верный способ — это взглянуть на этот самый проспект. Бесконечная пробка и черепашья скорость транспорта, в первую очередь, общественного. А как хорошо всё начиналось.

«Подмосковные деревни Тропарёво, Чертаново, Медведково, Беляево-Богородское и Черемушки конечно же не подозревали о том, что обретали бессмертие в те грустные дни, когда их навсегда сметали с лица земли», — гласит текст в кинофильме Эльдара Рязанова «Ирония судьбы, или С лёгким паром!»

Обретшее бессмертие Тропарёво конечно же сегодня уже мало похоже на район, в котором снималась «Ирония судьбы». Единственное, что здесь осталось неизменным — это проспект и метро, открытое в 1963-м, когда типовую застройку вокруг вообще вести ещё и не начинали. Даже с помощью легендарного автопилота из рязановской комедии, её герои, наверное, уже и не смогли бы понять, где оказались.

«Скажите, апельсинчиков нет у вас?» — интересовался герой Александра Ширвиндта.

— Нет апельсинчиков? А вообще как дела-то?

Тысячи и десятки тысяч пассажиров из автобусов устремляются в метро. Маршрутки, решившие пробираться маленькими дорожками, приезжают пустыми — на объезде прогадали. Пешком получается быстрее.

«Потому, что здесь светофор, мне кажется, работает, машины поворачивают и там едут. Я не знаю», — пытается разобраться в этом феномене местная жительница.

«Минут 30, а можно час ехать», — оценивает время движения по прямой в пробке водитель грузовика.

Окрестные дворы превратились в те самые перехватывающие парковки, услугами которых, предполагалось, что водители будут пользоваться только на площади Гагарина. Но до неё ведь ещё ехать и ехать.

«Это был последний дом на Вернадском проспекте, когда мы въезжали. А теперь — почти центр. Машины какие-то не наши. Стали хозяева их, по-видимому, оставлять на работу. А после работы их разбирают. Вон тот второй ряд — это совершенно точно», — показывает на машины Валентина Боруцкая.

В метро — очереди в кассу длиной на весь подземный переход, и поезд, который, только успев приехать, уже заполнен. Наверное, «Юго-Западную» не совсем справедливо называть конечной станцией, ведь все эти пассажиры не начинают и не заканчивают свой путь здесь. Вечером все эти толпы двинутся в обратном направлении.

«Апрелевка, Селятино, Рассудово, Яковлевское. Проходим на посадку, проходим», — кричит в мегафон транспортный зазывала.

Каждый клочок земли здесь освоен. Это или рынок, или торговый комплекс, или жилой — всё, что душе угодно кроме разумного решения транспортной проблемы. Какими эти дороги спроектировали в шестидесятых, такими они остались и по сей день, правда, подмосковные деревни за это время превратились в миллионные районы.

При этом на последних свободных островках прямо около метро и строятся, и уже построены гигантские жилые дома, то есть для улучшения транспортной ситуации эти участки потеряны навсегда.

Толчею из людей и машин вроде можно было бы объехать и по широкому Ленинскому, но он тоже стоит, из-за перекрёстка с улицей, ведущей туда же, к «Юго-Западной». Даже троллейбусы и те выезжают из-под шлагбаума. Иначе тут немедленно начнут разгружаться торговцы с рынка, который расположился здесь же.

— А у вас есть апельсинчики?
— У тебя всё нормально? Ты тут где-нибудь апельсинчики видишь? — удивляется в ответ рыночный торговец.

Определенно, сегодня апельсинчики на «Юго-Западной» найти существенно проще, чем тридцать пять лет назад. И кроме апельсинчиков ещё множество самых полезных вещей. И ни яблокам, ни апельсинам тут падать уже совершенно негде, столько стало здесь покупателей. Которые, правда, как пассажиры, такое впечатление, что мало кому интересны.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.